Четвёртый Час 

 с 8 до 9 вечера

Евхаристическая Вечеря 

Моя Сладостная Любовь, всегда ненасытная в Твоей Любви, я вижу, что, заканчивая ужин вместе с Твоими дорогими учениками, Ты встаёшь из-за стола, и вместе с ними Ты возносишь благодарения Отцу за то, что Он дал Тебе пищу и за все средства, которые Он даёт нам для сохранения телесной жизни, желая этой благодарностью возместить за всё отсутствие благодарения от всех душ. Вот почему Ты, Иисус, во всём, что Ты делаешь, к чему прикасаешься или видишь, всегда держишь на устах слова: «Благодарю Тебя, Отче». И я, Иисус, соединённая с Тобой, беру эти слова из самых Твоих Уст и буду говорить всегда и во всём: «Благодарю Тебя от себя и от всех», чтобы продолжить возмещение за отсутствие благодарности. 

Омовение ног 

Но, о, мой Иисус, кажется, что Твоя Любовь на этом не останавливается. Я вижу, что Ты снова посадил Своих возлюбленных учеников; Ты берёшь таз с водой, оборачиваешь Свою талию белым полотенцем и простираешься ниц у ног апостолов жестом столь смиренным, что привлекаешь внимание всех Небес и повергаешь Их в экстатическое состояние. Сами апостолы остаются почти неподвижными, видя, как Ты простираешься у их ног. Но скажи мне, Любовь моя, чего Ты хочешь? Что Ты собираешься сделать этим смиренным поступком? Смирением, которого никогда не видели и никогда не увидят!

«Ах, дитя Моё, Я жажду всех душ, и Я простираюсь ниц у их ног, как бедный нищий, Я прошу их, Я домогаюсь их и, плача, Я расставляю вокруг них ловушки Любви, чтобы добиться их!

Простираясь у их ног с этим сосудом воды, смешанной с Моими слезами, Я хочу смыть с них всякое несовершенство и подготовить их к принятию Меня в Таинстве.

 

Я так дорожу этим актом принятия Меня в Евхаристии, что не хочу доверить это служение Ангелам, и даже не Моей Дорогой Маме, но Я Сам хочу очистить их, вплоть до самых сокровенных фибр их души, чтобы расположить их к получению плода Таинства; и в апостолах Я намеревался приготовить все души.

 

Я намерен исправить все святые дела и совершение Таинств, особенно те, которые совершаются священниками в духе гордыни, лишёнными Божественного Духа и бескорыстия. Ах, как много добрых дел достигает Меня, чтобы больше обесчестить Меня, чем прославить Меня! Больше огорчить Меня, чем доставить Мне удовольствие! Больше дать Мне смерть, чем дать Мне жизнь! Эти обиды огорчают Меня больше всего. Ах, да, дитя Моё, отмечай все самые сокровенные оскорбления, которые они причиняют Мне, и исправляй Моими собственными возмещениями. Утеши Моё огорчённое Сердце».

О, мой несчастный Господь, я представляю Твою жизнь своей собственной и вместе с Тобой намерена искупить все эти обиды. Я хочу войти в самые сокровенные тайники Твоего Божественного Сердца и исправить Твоим Сердцем самые сокровенные и тайные обиды, которые Ты получаешь от Своих самых близких. О, мой Иисус, я хочу следовать за Тобой везде, и вместе с Тобой я хочу пройти через все души, которые собираются принять Тебя в Евхаристии, войти в их сердца и вложить свои руки вместе с Твоими, чтобы очистить их. .

О, пожалуйста, Иисусе, этими Твоими слезами и этой водой, которой Ты омыл ноги апостолам, позволь нам омыть души, которые должны принять Тебя; давай очистим их сердца; воспламеним их и стряхнём с них прах, которым они загрязнены, чтобы, когда они примут Тебя, Ты нашёл бы в них Своё удовлетворение вместо Твоей горечи.

Но, мой любящий Господь, в то время как Ты занят омовением ног апостолам, я смотрю на Тебя и вижу другую печаль, которая пронзает Твоё Пресвятое Сердце. Эти апостолы представляют всех будущих чад Церкви, и каждый из них – серию каждой из Твоих скорбей. У кого-то слабости, у кого-то обманы; в одном лицемерие, в другом чрезмерная любовь к собственным интересам; в святом Петре отсутствие твёрдости и все обиды руководителей Церкви; в святом Иоанне обиды от самых верных Твоих; в Иуде все отступники со всем рядом великих зол, которые они совершают.

Ах, скорбя, Ты задыхаешься от Любви и боли; до такой степени, что, не в силах удержаться, Ты останавливаешься у ног каждого апостола и заливаешься слезами, молясь и исправляя за каждый из этих недостатков и применяя необходимое лекарство для всех.

Мой Иисус, я тоже соединяюсь с Тобой; Я делаю Твои Молитвы, Твои Возмещения и Твои надлежащие Лекарства для каждой души своими собственными. Я хочу смешать свои слезы с Твоими, чтобы Ты никогда не был один, но мог всегда иметь меня рядом с Тобой, чтобы разделить Твои боли.

Но, возлюбленный мой, когда Ты продолжаешь омывать ноги апостолам, я вижу, что Ты теперь у ног Иуды. Я слышу Твоё тяжёлое дыхание. Я вижу, что Ты не только плачешь, но даже рыдаешь, и, омывая эти ноги, Ты целуешь их, Ты прижимаешь их к Своему Сердцу; и не в силах говорить Твоим голосом, потому что он заглушён плачем, Ты смотришь на него Глазами, опухшими от слез, и говоришь ему Своим Сердцем: «Дитя Моё, пожалуйста, умоляю тебя, голосами Моих слёз — не иди в ад! Отдай Мне свою душу, о которой Я прошу тебя, поверженный у твоих ног. Скажи мне, что ты хочешь? На чём ты настаиваешь? Я дам тебе всё, лишь бы ты не потерял себя. О, пожалуйста, избавь Меня от этого горя, твоего Бога!» И снова Ты прижимаешь эти стопы к Своему Сердцу. Но видя твёрдость Иуды, Твоё Сердце в безысходности; Твоё Сердце душит Тебя, и Ты вот-вот упадёшь в обморок. Моё Сердце и моя Жизнь, позволь мне держать Тебя на руках. Я понимаю, что это Твои Любящие подходы, с которыми Ты обращаешься к каждому упрямому грешнику.

О, пожалуйста, молю Тебя, Сердце моё, я сострадаю Тебе и хочу исправлять обиды, которые Ты получаешь от душ, упрямо  нежелающих обратиться, давай обойдём всю землю, и где есть упрямые грешники, дадим им Твои слёзы, чтобы умягчить их, Твои поцелуи и Твои объятия Любви, чтобы связать их с Тобой, чтобы они не могли убежать, и тем избавить Тебя от боли, подобной утрате Иуды.